Непаханое поле

Русский бизнес
Москва, 16.08.2010
«Эксперт» №32 (716)
Товарищество на вере «Пугачевское» выращивает зерновые по необычной технологии. Хозяйство процветает не один десяток лет, но его опыт стараются не замечать

Разноцветные прямоугольники аккуратных полей тешат глаз, привыкший к заросшему кустами и бурьяном Подмосковью. Светло-зеленые и изумрудные — зерновые. Темные — пар. Гадая, что за фиолетовые поля виднеются вдалеке, на трассе М5 между Пензой и райцентром Мокшан мы с фотографом ждем директора хозяйства. Он должен подхватить нас с рейсового автобуса. Конец мая. Печет солнце. Ни ветерка... Тормозит Land Cruiser.

— Из Москвы, говорите, приехали? — уточняет человек за рулем.

— Из Москвы.

— А я Шугуров.

О товариществе на вере «Пугачевское» Мокшанского района Пензенской области я прочитала на немецком сайте, посвященном органическому земледелию. Тему там обсуждали дотошно и сходились на том, что дело это хоть и нужное, но не очень рентабельное и весьма трудоемкое. И только один человек утверждал, что при правильном подходе такое производство может стать не просто выгодным, а очень выгодным. И что в «Пугачевском» на экологически чистом зерне имеют рентабельность 300%. Цифра выглядела явной опечаткой, но сам пример ведения органического земледелия в российской глубинке показался интересным, и я позвонила в Мокшан. Трубку взял руководитель хозяйства Анатолий Иванович Шугуров:

— Ну да, никто не верит в эти триста процентов, пока не узнает технологию и сам не попробует. Приезжайте, расскажу, как мы землю не пашем, а зерно у нас — колосок к колоску стоит.

— В каком смысле — не пашете? — переспросила я.

— Давно отказались, а надо бы раньше. Плуг — враг земледелия, об этом уже лет сто назад умные люди говорили, да мало кто их послушал.

И мы поехали.

— Я вот думаю: неужели нами в Москве заинтересовались? — недоверчиво улыбается Шугуров. Мы оказываемся в благодатной прохладе машины. — А я уж ждать отчаялся. Может, теперь и в Министерстве сельского хозяйства интерес выкажут. Наш-то губернатор Василий Бочкарев давно все понял, и мы начали это дело раскручивать. Чуть не всю Пензенскую область, часть Самарской, пол-Татарстана и пол-Мордовии на новую технологию подсадили, а столица — ни гу-гу. Хоть бы спросили, чем мы тут занимаемся, какие результаты имеем. Не-е-т, куда там! — усмехается Шугуров, и в этой усмешке — горечь. — А у нас такая технология красивая! Умная, простая и стоит копейки.

Оказывается, в «Пугачевское» много народу приезжает — фермеры, ученые, делегации от губернаторов. Только из министерских чиновников да наших академиков никто не добрался. Из чего Шугуров делает вывод, что ученых-аграриев в России нет.

— Где их труды? — быстро заводится Анатолий Иванович. — Вот что толку от Академии наук? Как семьдесят-пятьдесят лет назад работали, так и работают. Что они показали, какую идею? Я, конечно, про свою отрасль говорю. Сеялку еще шестьдесят лет назад придумали. И что с тех пор изменилось? Ничего. Только гидравлику поставили, а принципы остались те же. Проблема у нас с учеными-то. У меня было три агронома, а теперь ни одного, уже лет пятнадцать без них работаю. Потому что при нашей технологии агрономы не нужны. Агроном сегодня что знает? Сколько гербиц

Новости партнеров

«Эксперт»
№32 (716) 16 августа 2010
Пожары
Содержание:
Фаза выгорания

К чудовищным пожарам в России привела не только погодная аномалия, но и «человеческий фактор», деградация лесного хозяйства и малоэффективные технологии пожаротушения

Реклама