Деловые СМИ с интересом обсуждают случай с Amazon, откуда сначала в январе 2026 г. уволили тысячи ИТ-сотрудников, а в сентябре стали звать обратно. Массовые увольнения в технологических компаниях в последние год-полтора легко принять за начало кадровой катастрофы: кажется, что ИИ стремительно вытесняет людей и скоро обнулит целые профессии. Но действительно ли рынок труда стоит на пороге социального взрыва? Или бизнес просто избавляется от сотрудников, которых годами держал «про запас»?
Марина Колосницина
Профессор факультета экономических наук НИУ ВШЭ
Трудовые консервы
Те, кто смотрел фильм Люка Бессона «Пятый элемент», наверняка помнят эпизод, когда руководитель кадрового отдела корпорации Зорга (этакий враг рода человеческого) докладывает боссу о необходимости уволить 500 тыс. сотрудников. «Увольте миллион», — холодно бросает Зорг.
О чем это говорит с точки зрения экономики, если бы данный эпизод происходил в реальности? Что в мегакорпорации Зорга работает как минимум 1 млн «резервных» сотрудников, расставание с которыми для организации не создаст никаких проблем. Просто в какой-то момент главе корпорации надоела подобная «благотворительность».
Реальные (не киношные) крупные корпорации также сплошь и рядом создают у себя резервный кадровый пул, то есть переманивают друг у друга самых ценных специалистов, даже если для них здесь и сейчас нет фронта работы. Только для того, чтобы ослабить интеллектуальный потенциал конкурентов. Такие «законсервированные» сотрудники часто работают с недогрузом, но компании идут на это из стратегических соображений.
Вот именно эти работники и являются первыми в списках на увольнение, поскольку их отсутствие никак не скажется на показателях компании. Нынешние волны увольнений в корпорациях — это в основном сброс такого балласта, но никак не показатель кризиса.
Лишние люди
История технологических революций свидетельствует: исчезновение привычных рабочих мест еще не означает исчезновения работы как таковой. Человечество многократно проходило через смены технологических укладов, и первоначальная паника всегда достаточно быстро, на жизни одного поколения, угасала. Люди так или иначе находили себе место в новом укладе. Приливы и отливы в итоге чередуют друг друга.
Вспомните, например, что до внедрения в нашу жизнь персональных компьютеров сотни тысяч человек работали в машбюро, перепечатывая миллионы стенограмм и расшифровывая сотни часов аудиозаписей. Куда делись эти армии машинисток и стенографисток? Те из них, кто переобучился для работы на ПК, овладел программами «голос-в-текст», прекрасно себя чувствуют.
Есть такое понятие как структурная безработица. Она возникает в тех секторах, которые в силу изменений в экономике теряют свое значение. Можно назвать среди наиболее пострадавших угольную отрасль, которая сжимается под натиском «зеленых» источников энергии и атомной энергетики.
Шахтерам или кочегарам паровозов сложнее, чем айтишникам — у них нет смежных специальностей, куда можно перейти после минимального переобучения. Журналист может переквалифицироваться в копирайтера, спичрайтера, технического писателя и много кого еще. Человек, всю жизнь бросавший уголь в топку паровоза, не переобучится на машиниста электровоза на месячных курсах — профессию придется приобретать с нуля.
В Великобритании в 1980-х гг. коллапс угольной промышленности вызвал общенациональные акции против правительства Маргарет Тэтчер под лозунгом Coal not Dole — «Уголь, а не пособия». Шахтеры ожидаемо проиграли в этом противостоянии, потому что сохранение их отрасли в прежнем объеме в итоге превратило бы Великобританию из «карманной сверхдержавы» во второразрядную страну.
Новый виток
Маловероятно, что десятки тысяч уволенных сотрудников Amazon, Oracle и Microsoft будут выходить на демонстрации протеста, как это делали британские шахтеры. Потому что «их» безработица не является секторальной. Отрасль не просто не закрывается — напротив, она находится на траектории взрывного роста.
После периода поиска точки равновесия компаниям вновь требуются кадры, потому что каким бы опытным ни становился ИИ, никто пока не рискует оставлять его без присмотра.
Напротив, боссы Кремниевой долины один за другим призывают друг друга притормозить дальнейшее развитие ИИ. Соответственно, функционал, который опасно передавать нейросетям, будет зарезервирован за людьми, и через какое-то время отлив на рынке труда почти наверняка сменится новым приливом.
Возможно, это уже начало происходить.
