Каждый год последние 10 лет ответственные институты исполнительной власти возвращаются к вопросу о легализации онлайн-продаж легальной алкогольной продукции, прежде всего винодельческой.
контекст
Минцифры планирует во II–III кварталах 2026 г. запустить эксперимент по онлайн-продаже российского вина через маркетплейсы. Об этом сообщил замминистра цифрового развития Олег Качанов.
По его словам, старт стал возможен по поручению президента Владимира Путина и благодаря готовности технологий идентификации.
Но каждый год что-то мешает реализовать эту во всех отношениях правильную меру. Хотя это помогло бы нашим виноделам, особенно небольшим и средним, расширить дистрибуцию своей продукции по всей стране.
Сегодня около 70% легальной алкогольной продукции продается через крупные федеральные розничные сети. По понятным причинам небольшим винодельческим хозяйствам практически невозможно туда попасть: требуются большие объемы поставок, сложная логистика, серьезные инвестиции.
Кроме того, это могло бы изменить структуру потребления алкогольной продукции в стране, которая, на мой взгляд, сейчас нездоровая. Около 80% общего объема в пересчете на абсолютный алкоголь приходится на водку, пиво и пивные напитки. И речь идет только о легальном сегменте.
Также мера усилила бы конкуренцию на внутреннем рынке. Винодельческая продукция дорогая для значительного числа наших граждан, и усиление конкуренции приостановит рост цен. Это серьезный плюс.
Есть и еще один аспект. Онлайн-продажи активно развиваются в нелегальной спиртосодержащей продукции. Достаточно ввести в поисковике «купить алкоголь ночью», и вы увидите сотни предложений от псевдопроизводителей, работающих через зарубежные доменные имена.
Эффективно бороться с этим сложно. Если мы не можем закрыть нелегальный канал, логично дать возможность легальным производителям использовать этот коммерческий канал на законных основаниях.
Основным сегментом онлайн-продаж станет субпремиум и премиум: онлайн-доставка — это не формат шаговой доступности. Также онлайн-канал сложнее и дороже в реализации. Поэтому массовый потребитель низкого ценового сегмента вряд ли будет использовать его, и говорить о каких-то «маргинальных рисках» тоже не приходится.
Не вытеснят ли крупные маркетплейсы нишевых продавцов вина? Практика показывает, что нет. Онлайн развивается, откусывая долю офлайна — это факт, но в этом нет ничего плохого. Конкуренция стимулирует развитие рынка. К тому же, практически все крупные оффлайновые игроки уже создали собственные онлайн-структуры и тоже не останутся в проигрыше.
Если говорить о перспективах иностранного участия, я не ожидаю значительного притока зарубежных игроков. Эта мера направлена на поддержку российских виноделов. И важно понимать, какую долю рынка они смогут получить через онлайн. Хорошо, если 5–6% от общего объема розничных продаж винодельческой продукции, это уже будет заметный результат.
