Биотехнологии становятся одним из ключевых факторов повышения эффективности агропромышленного комплекса: ферменты, кормовые добавки, микроорганизмы и биологические средства защиты растений все шире входят в производственные процессы. В России уже есть собственные разработки и производства, однако отрасли предстоит преодолеть разрыв между экспериментальной стадией и промышленным выпуском.
ООсновной вклад в увеличение мирового сельскохозяйственного производства в ближайшее десятилетие обеспечит рост производительности, одним из главных инструментов которого станут биотехнологии. Об этом говорится в прогнозе Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) и Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО), опубликованном в июне 2026 года.
Потенциал расширения сельскохозяйственных площадей ограничен доступностью земель, климатом, инфраструктурой и ростом затрат, говорит директор практики «АПК и потребительский сектор» Strategy Partners Вадим Аникин. Поэтому увеличение выпуска будет зависеть от урожайности, продуктивности животноводства и эффективности переработки. «Биотехнологии позволяют решать эти задачи за счет применения биологических средств защиты растений, микробиологических удобрений, кормовых ферментов и других специализированных компонентов», — отмечает эксперт.
Согласно оценкам ОЭСР, текущий объем глобальной биоэкономики оценивается в $4–5 трлн, а к 2050 году может достичь $30 трлн за счет инновационных технологий в пищевой, химической промышленности и других отраслях.
Минпромторг в начале 2026 года оценивал объем российского рынка биотехнологий в 440–450 млрд руб., что соответствует 0,4–0,5% мирового рынка. По оценке Strategy Partners, объем российского рынка составлял в прошлом году около 480 млрд руб., а к 2030 году может превысить 700 млрд руб.
Небольшая доля России на мировом рынке биотехнологий делает особенно важным ускорение отраслевого развития. Для этого государство расширяет меры поддержки: от финансирования исследований до создания инфраструктуры и запуска крупных проектов.
С 2026 года в России действует национальный проект «Технологическое обеспечение биоэкономики», а в октябре правительство утвердило Стратегию развития отрасли до 2036 года с перспективой до 2050-го. Документы, в частности, предусматривают создание научной и производственной инфраструктуры и развитие новых рынков. К 2036 году планируется достичь технологической независимости по критически важным направлениям биоиндустрии, а в дальнейшем укрепить позиции России на мировом рынке биотехнологий. В базовом сценарии доля отечественных высокотехнологичных продуктов биоэкономики в потреблении должна достичь 74,6% к 2036 году.
От разработок к промышленному применению
Биотехнологии охватывают множество направлений: от селекции и генетики до кормовых ферментов, пробиотиков и биологических способов переработки сырья. Однако уровень развития этих сегментов в России различается. По словам Вадима Аникина, компетенции сформированы в прикладной микробиологии, биофармацевтике, биологических средствах защиты растений и отдельных кормовых добавках. Есть мощности по производству некоторых аминокислот, включая лизин и метионин (добавляют в корма для птицы и животных, чтобы обогатить их необходимыми питательными веществами и повысить эффективность кормления), но зависимость от зарубежных компонентов и оборудования сохраняется.
Один из примеров уже освоенного промышленного биосинтеза — пищевые ферменты. «Наша компания имеет опыт работы с биосинтезом пищевых ферментов. Так, в 2019 году нам удалось полностью закрыть свою потребность и порядка 80% отечественного рынка по ферменту фосфолипаза А2, необходимому при производстве эмульсий, в частности майонезов», — сообщили в пресс-службе ЭФКО.
Применение современных биотехнологических методов в генетике и селекции также дают сельхозпроизводителям измеримый результат. Так, арохолдинг «Степь» применяет селекционные разработки в растениеводстве и генетические технологии в молочном животноводстве. «Новые сорта пшеницы, созданные нашими специалистами вместе с партнерами, показывают повышение урожайности на 15% и выше даже в неблагоприятных условиях, в том числе засухи», — говорит PR-директор агрохолдинга «Степь» Ирина Грузинова. По ее словам, в 2026 году холдинг полностью перешел на отечественный посевной материал.
Согласно оценкам Организации экономического сотрудничества и развития, текущий объем глобальной биоэкономики оценивается в $4–5 трлн, а к 2050 году может достичь $30 трлн за счет инновационных технологий
Биотехнологии все активнее применяются в сельском хозяйстве и для повышения плодородия и восстановления почв. Так, компания «Росхим» разрабатывает биоудобрения и биомелиоранты — агрохимикаты с полезными микроорганизмами и другими биологическими компонентами в составе, которые повышают естественное плодородие почвы. «Пока такие решения чаще разрабатываются под потребности конкретных хозяйств, но мы видим в них значительный коммерческий потенциал», — говорит директор по маркетингу компании «Росхим» Елена Дмитриева.
В технологически сложных сегментах российские производители пока уступают зарубежным. Речь идет о сложных ферментных препаратах, отдельных аминокислотах и витаминах, специализированных пищевых ингредиентах и компонентах глубокой переработки, отмечает Вадим Аникин: «Основные ограничения связаны не только с разработкой технологий, но и с их промышленным масштабированием, обеспечением стабильного качества и достижением конкурентоспособной себестоимости».
Самый трудный этап — переход от лабораторного образца к опытно-промышленному и серийному производству. Он требует больших инвестиций еще до того, как подтверждены технологические и коммерческие показатели проекта. Развитию мешают недостаток опытных мощностей, дорогие кредиты и неопределенность будущего спроса.
«Если говорить об импортозамещающих производствах, то они все, как правило, стоят очень дорого — речь идет о десятках миллиардов рублей», — говорит генеральный директор завода «Де Хёс», производящего премиксы для животноводства, Александр Матвеев. Среди необходимых условий для инвестиций он называет более низкую ключевую ставку, стабильный курс рубля, отсутствие логистических проблем и субсидии.
При этом построенный завод еще не гарантирует покупателей: агрокомпании оценивают новые препараты по их эффективности и окупаемости. «Любые инвестиции, в том числе в биотехнологии, агробизнесом рассматриваются с точки зрения рентабельности, сроков окупаемости и так далее», — подчеркивает Ирина Грузинова.
Дополнительные препятствия — дефицит специалистов по промышленной ферментации и масштабированию процессов, а также доступность оборудования, говорит Вадим Аникин. На эти проблемы указывают и в пресс-службе ЭФКО. Для новых пищевых продуктов компания выделяет еще один барьер — доверие потребителей: «Несмотря на то что их химический состав полностью идентичен природному аналогу, психологически потребитель пока предпочитает понимать, что его продукт буквально вырос и сорван с грядки, а не создан в лаборатории». В фармакологии такой способ производства уже привычен, тогда как в пищевой промышленности он требует дополнительных разъяснений.
Фото: Ben Stansall/AFP via Getty Images
Куда движутся агробиотехнологии
Одним из перспективных направлений применения биотехнологий в сельском хозяйстве остается растениеводство. По словам Ирины Грузиновой, будет расти спрос на микробиологические препараты, биостимуляторы и биологические средства защиты растений, позволяющие повышать эффективность выращивания культур.
В животноводстве, как заявили в пресс-службе РСХБ, потенциал связан с кормовыми добавками, ветеринарными препаратами и заквасочными культурами для молочной переработки. Геномная селекция и эмбриотрансфер могут ускорить воспроизводство высокопродуктивного поголовья.
В ЭФКО основные перспективы связывают с кормовыми ферментами. Компания продолжает строительство биотехнологического завода мощностью 2,4 тыс. т ферментных препаратов в год. Еще одно направление — сладкий белок как альтернатива сахару. Компания освоила лабораторную технологию его получения и сертифицировала один из таких белков, браззеин, на территории ЕАЭС.
Еще одна точка применения биотехнологий — глубокая переработка сельскохозяйственного сырья. «Россия — в числе мировых лидеров по объему экспорта продовольствия, но в денежном выражении мы далеко не на первых позициях, поскольку экспортируем низкомаржинальное сырье — например, пшеницу. Задача — перейти к выпуску продукции с высокой добавленной стоимостью: аминокислот, органических кислот, витаминов, растительных и молочных белков», — говорит заместитель директора ФИЦ Биотехнологии РАН Алина Осьмакова. По ее мнению, важно также осваивать производство ферментных препаратов, заквасок и стартовых культур, компонентов детского и лечебного питания. Это позволит сократить зависимость от импорта и расширить ассортимент продукции с высокой добавленной стоимостью.
Для дальнейшего роста важно не только расширять ассортимент, но и обеспечивать предсказуемое качество и себестоимость новых продуктов. Для этого нужны связи между научными центрами, производителями, инвесторами и потребителями, а также доступ к инфраструктуре и государственной поддержке, подчеркивают в пресс-службе РСХБ. Такой подход позволит сформировать отечественные технологические цепочки полного цикла: от научных разработок до промышленного производства и вывода продукции на внешние рынки, считают эксперты банка.
Самый трудный этап — переход от лабораторного образца к опытно-промышленному и серийному производству. Он требует больших инвестиций еще до того, как подтверждены технологические и коммерческие показатели проекта
