Целью двухдневного визита председателя КНР Си Цзиньпина в Пхеньян 8–9 июня была «сверка часов» по результатам майских визитов в Пекин президентов РФ и США Владимира Путина и Дональда Трампа, сказали «Эксперту» специалисты по Северо-Восточной Азии. По их мнению, эта поездка подтверждает тренд на вывод отношений Китая и КНДР из затяжного спада.
99 июня завершился двухдневный государственный визит председателя КНР Си Цзиньпина в КНДР. Он состоялся по приглашению лидера КНДР Ким Чен Ына и официально был приурочен к 65-летию заключения Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между двумя странами.
Китайское руководство бывает в КНДР нечасто — поездка стала первым визитом Си Цзиньпина в эту страну за последние 7 лет. В прошлый раз он посещал ее в 2019-м, к 70-летию установления дипломатических отношений между КНР и КНДР, и тогда выразил поддержку Ким Чен Ыну в вопросах безопасности и экономического развития на фоне зашедших в тупик ядерных переговоров корейского лидера с президентом США Дональдом Трампом.
В этот раз Си Цзиньпин прибыл в Пхеньян с супругой Пэн Лиюань. У самолета их встретили Ким Чен Ын с первой леди КНДР Ли Соль Чжу. В делегацию китайского лидера вошли министр иностранных дел Ван И, министр обороны Дун Цзюнь, председатель Государственного комитета по делам развития и реформ Чжэн Шаньцзе, министр коммерции Ван Вэньтао и ряд других высокопоставленных чиновников.
Официальные переговоры лидеров состоялись в первый день визита. Си Цзиньпин предложил «укреплять сопряжение стратегий развития», расширять практическую кооперацию в экономике, торговле и сельском хозяйстве, развивать сотрудничество и обмены в дипломатии, правоохранительной деятельности, между вооруженными силами, а также в сферах образования, культуры и искусства, туризма, спорта и СМИ. Ким Чен Ын подтвердил готовность «поднять дружественные отношения между двумя странами на качественно новую, более высокую ступень».
Си Цзиньпин ездил к корейскому коллеге сверить часы после визитов в Пекин Владимира Путина и Дональда Трампа, состоявшихся в мае 2026 г., говорит ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Китая и современной Азии РАН Константин Асмолов: «Стоит обратить внимание, что в китайской делегации участвовали министр обороны и министр по делам коммерции, что говорит о намерении сторон расширять экономическое и оборонное партнерства».
Этот визит — продолжение периода позитивного развития китайско-северокорейских отношений, стартовавшего в 2025 г., обращает внимание директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Василий Кашин: «В рамках этого восходящего тренда уже состоялся визит Ким Чен Ына в Китай в сентябре 2025 года. Этому периоду роста предшествовал спад 2022–2024 годов, когда КНДР понижала уровень своего сотрудничества с Китаем. Такая цикличность характерна для китайско-северокорейских отношений начиная с 1950-х годов. Пхеньян стремится тщательно контролировать уровень своих связей с КНР, не допускать чрезмерной зависимости и обозначает для китайцев „красные линии“ в двусторонних отношениях».
Говоря об обоюдной значимости КНДР и Китая друг для друга, Константин Асмолов напоминает, что союзников у каждой из сторон, особенно на ближних границах, не так много: «Союзников не выбирают — особенно в условиях кластеризации Северо-Восточной Азии, при которой Южная Корея и Япония входят в сферу влияния США. Вдобавок, Китай для КНДР — ключевой торговый партнер, который, наряду с Россией, помогает стране существовать в условиях международных санкций».
Согласно заключенному в 1961 г. Договору о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между КНР и КНДР, эти страны являются военными союзниками. Для Китая этот 65-летний документ сегодня является единственным действующим договором о взаимной обороне, хотя многими его действенность часто подвергается сомнению, обращает внимание Василий Кашин.
По его словам, совершив эту поездку, Си Цзиньпин продемонстрировал, что Китай по-прежнему является основным в проблемах безопасности на Корейском полуострове: «Китай является ключевым экономическим партнером для обоих корейских государств и сумел восстановить высокий уровень политического взаимодействия с Севером. Благодаря российско-северокорейскому сближению 2023–2026 годов китайские позиции больше не будут монопольными, какими они были в 2010-е годы. Но они по-прежнему весьма сильны. Ради такого результата Китай пошел на существенные корректировки своего курса: важные для КНР лозунги денуклеаризации Корейского полуострова ушли на второй план — в ходе визита они вообще не звучали».
Для России визит Си Цзиньпина в КНДР — позитивный сигнал, уверен Василий Кашин: «Ситуация спада в китайско-северокорейских отношениях, в которой отдельные китайские эксперты обвиняли Россию (хотя китайские дипломаты никогда ничего подобного не заявляли), для России была не слишком комфортна. В реальности российско-китайская конкуренция в КНДР ограничена, если вообще существует. Китай — важнейший рынок для северокорейского экспорта сырьевой продукции (уголь, металлы, морепродукты и т.п.), которая не востребована в России. Китай осуществляет крупный экспорт своей промышленной продукции в КНДР. Россия же является для КНДР источником ресурсов, денег и чувствительных видов оборудования, которое Китай не поставляет».
Визит китайского лидера — это продолжение, развитие тренда, который установился сегодня между тремя партнерами — Россией, КНР и КНДР, но ни в коем случае не попытка выстроить с Пхеньяном диалог, параллельный диалогу РФ-КНДР, подчеркивает Константин Асмолов: «Отчасти этот визит ответный. В 2025 году Ким Чен Ын побывал в Пекине по случаю 80-летия Победы во Второй мировой войне, и тогда руководители КНР и КНДР с президентом России Владимиром Путиным вместе стояли на трибуне. Важно понимать: между Китаем и КНДР — особый вариант дружбы, не зависящей от политической конъюнктуры. Это дружба не только государств, но и партий, объединенных социалистической идеологией. Однако она с отношениями этих стран с Россией не конкурирует».
