Каким образом развитие экосистем и технологий меняет привлекательность медицинских активов, как в здравоохранении трансформируется клиентский опыт и стираются границы при оказании медуслуг и почему основной целью клиник становится не лечение симптомов болезней, а управление биологическим возрастом, рассказал генеральный директор Европейского медицинского центра (ЕМС) Андрей Яновский.
— Сегодня много говорят о трансформации здравоохранения. Что принципиально изменится в мировой медицине в ближайшие несколько лет?
— Мы видим всплеск интереса инвесторов к активам, связанным с медициной. Причина — глобальная трансформация здравоохранения. Мы считаем, что в ближайшие годы глобальная медицина начнет функционировать как единая экологическая среда. В ней медтех обеспечит точность решений, а единая цифровая экосистема сделает взаимодействие с медицинским центром непрерывным и комфортным. Я имею в виду для клиента из любой точки мира. Это кардинально изменит рынок, сделает его по-настоящему глобальным. Поэтому сегодня и мир в целом, и Россия переживают бум в сфере медицинских технологий. Например, компания «ТеДо» прогнозирует, что объем российского рынка медтеха к 2030 году составит где-то 2,3 трлн руб. с ежегодным ростом около 14%.
Развитие технологий сегодня трансформирует ценностную основу здравоохранения. Прежде всего развивается longevity-медицина — комплексный подход к продлению жизни и сохранению ее качества. Во главу угла медицина, клиники ставят увеличение количества здоровых и продуктивных лет жизни, а это меняет сам спектр медицинских услуг. ЕМС, например, предлагает своим клиентам персонализированные планы здоровья, учитывающие генетику, образ жизни и данные непрерывного мониторинга.
По моему мнению, российские клиники выглядят сегодня весьма конкурентоспособными на мировом уровне. Но, безусловно, им предстоит еще много сделать для развития своих бизнес-моделей, технологий и инноваций. Причем как в самой медицине, так и в системе обслуживания. Для этого мы активно работаем над преобразованием своих внешних и внутренних процессов. Наша задача — за счет цифровизации и развития экспорта медицинских услуг сформировать новые стандарты комфорта клиентов и перейти от лечения болезней в эру управления благополучием.
— Какие тренды будут определять развитие медтеха?
— Уверен, привлекательность медицинских активов будет определяться не просто текущей выручкой, а масштабом их цифровой экосистемы и качеством управления данными. Это произойдет уже в течение нескольких ближайших лет. Платформы, обладающие большими массивами деперсонализированных клинических данных, уже сегодня становятся базой для страховых продуктов нового поколения и ИИ-моделей. Поэтому мы как приоритет ставим перед собой цель укрепить систему управления данными с точки зрения безопасности и гибкости.
Другой важный тренд — развитие экосистем, которые создадут единую цифровую среду пациента. Уже формируется общая система медицинских институтов, где все процессы будут синхронизированы: одна идентификация, единая история здоровья, доступная через приложения, телемедицинские платформы. Таким образом, идет переход от «медицины по месту» к «медицине по пути пациента». И здесь лечебно-профилактические учреждения, страховые компании и цифровые сервисы будут интегрированы в одну общую архитектуру. Поэтому компании, сосредоточенные на росте и повышении устойчивости, как ЕМС, стремятся сегодня развивать проекты, которые становятся ядром для других сервисов: профилей здоровья, телемедицины, онлайн‑диагностики, стандартов в области сервиса.
Наконец, растет значение медицинского туризма, который также тесно связан с развитием медтеха.
— Какие задачи нужно решить для продвижения медицинских услуг российских компаний за рубежом?
— Экспорт медицинских услуг открывает российским компаниям доступ к рынку стран СНГ, оцениваемому в $1,5–2,5 млрд ежегодно, а также к растущим рынкам Азии и Африки.
Главное — создать бесшовный путь клиента. Мы говорим о единой, непрерывной экосистеме взаимодействия пациента со здравоохранением от профилактики до реабилитации, без разрывов между онлайном и офлайном. Такая цифровая среда должна превратить клиентский путь в непрерывную цепочку от первичной телемедицинской консультации в стране проживания до очного лечения в Москве и последующего удаленного мониторинга на родине.
Наконец, важно не забывать и о консьерж-сервисе. Зарубежный клиент должен иметь возможность получить весь спектр дополнительных услуг: от экспресс-оформления виз и организации трансфера до персонализированного сопровождения переводчиками и гибких платежных решений. С этой целью ЕМС развивает партнерские экосистемы с международными медицинскими агентами, страховыми компаниями и государственными институтами, такими как Российский экспортный центр и проект Discover Russia.
— За счет чего сегодня можно конкурировать на рынке высокотехнологичной медицины?
— Для иностранных пациентов, выбирающих лечение за рубежом, технологическая оснащенность — главный критерий. Наличие, например, в арсенале ЕМС роботизированных систем (Da Vinci), молекулярной визуализации (ПЭТ/КТ), ультрасовременных линейных ускорителей для радиотерапии и ИИ-ассистентов позволяет успешно конкурировать с ведущими медицинскими центрами Швейцарии, Германии и Израиля. При этом стоимость высокотехнологичной помощи в России все еще в два-три раза ниже, чем в Западной Европе. А это делает российские клиники хорошей альтернативой для пациентов из стран СНГ, Ближнего Востока и Азии. Еще одно важное преимущество — время. В отличие от европейских клиник, где период ожидания приема может затягиваться на месяцы, ЕМС обеспечивает трансфер и начало сложнейшего лечения за считаные дни. Скорость, цена, технологии и квалификация врачей делают Россию сильным конкурентом на мировом рынке медтуризма.
