Чуть больше года прошло с того момента, как российская армия полностью очистила от оккупантов Курскую область. Интенсивные обстрелы ВСУ прифронтового региона продолжаются, но он приспосабливается, находит внутренние и внешние резервы — по итогам I квартала 2026 г. уже наметилась позитивная динамика экономических показателей, рассказал «Эксперту» в кулуарах Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ-2026) губернатор Александр Хинштейн. Мы поговорили также о том, куда готовы вкладывать инвесторы, о поддержке местного бизнеса и количестве погибших и раненых.
— Как экономика региона восстанавливается после оккупации: как изменились ВРП, объем инвестиций, размер регионального бюджета?
— Не буду лукавить и приукрашивать: ситуация всё еще непростая. Часть территории области — в зоне интенсивных обстрелов, часть пашен выбыла из оборота именно по этой причине. Большой объем разрушений, в том числе объектов промышленности и АПК. Всё это не могло не сказаться на общих финпоказателях, на состоянии региональной экономики. Поэтому по итогам 2025 г. у нас отрицательная динамика по целому ряду показателей социально-экономического развития — регионального продукта, объему инвестиций в основной капитал, промпроизводству, выпуску сельхозпродукции.
Но уже по итогам I квартала 2026 г. мы видим позитив: инвестиции в основной капитал выросли на 7,5 % год к году, промпроизводство — на 4,4%, немного подрос выпуск сельхозпродукции — на 0,3%. Объем строительных работ вырос на 35%.
Рассчитываем, что по итогам 2026 г. индекс ВРП будет на уровне не менее 100,1%. Какой вывод можно сделать? Наши базовые системообразующие отрасли сохранили устойчивость и демонстрируют способность к восстановлению и росту, что позволяет говорить о стабилизации ситуации. Ряд важных инвестсоглашений был подписан на ПМЭФ-2026. Это также наглядно свидетельствует о том, что экономика региона восстанавливается, а инвесторы готовы вкладывать сюда деньги. По итогам I квартала 2026 г. мы на 3-м месте в ЦФО после Москвы и Московской области по объему инвестиций — он составил 54,7 млрд руб.
Бюджет региона, несмотря на все трудности и вызовы, остается, если можно так сказать, социальным. Все обязательства перед жителями выполняются во всех сферах. Региональный бюджет 2025 г. исполнен со значительным ростом к 2024 г. — расходы увеличились на 109,7 млрд руб. Во многом, конечно, это произошло благодаря беспрецедентным мерам поддержки со стороны федерального бюджета. В текущем году социальная направленность бюджета сохраняется.
— Какие соглашения были подписаны на ПМЭФ-2026?
— Всего было подписано соглашений на 87,2 млрд руб., что для региона заметная цифра. Самые крупные — по строительству полигона твердых коммунальных отходов на сумму более 16 млрд руб., по строительству металлургического мини-завода за 18,4 млрд руб., соглашение с инвестиционно-строительной группой «Мармакс» на 12 млрд руб.
— Наверное, непросто привлекать деньги в прифронтовой регион. Куда инвесторы сегодня готовы вкладывать?
— В качестве примера: до конца текущего года у нас должны быть реализованы два инвестпроекта на территории индустриально-промышленного парка «Юбилейный». Один из них — строительство пищевого производства экструдированного мармелада, деньги вкладывает кондитерская группа «Лесная сказка». Второй — строительство завода по производству витаминов и биологически активных добавок. В обоих случаях это не только инвестиции, но и новые рабочие места. Кроме того, на территории особой экономической зоны (ОЭЗ) «Третий полюс» уже завершается создание завода по производству резинотехнических изделий. Объем инвестиций — 500 млн руб. Промышленные предприятия области также продолжают реализацию крупных инвестпроектов: в частности, концерном «Росэнергоатом» (входит в госкорпорацию «Росатом». — «Эксперт») строится Курская АЭС-2. Объем инвестиций по сооружению двух блоков превышает 570 млрд руб.
В регионе реализуется ряд проектов по развитию существующих производств: на НПО «Композит», предприятии «Союзтекстиль», заводе группы «Фармстандарт-лекарства» — там строят новый производственный корпус для выпуска гормональных препаратов.
— Вы сказали, что интенсивные обстрелы со стороны ВСУ сохраняются. Как нивелировать риски «прилетов» для бизнеса? Есть ли региональные программы поддержки?
— Поддержка, которую мы осуществляем вместе с правительством России, доводится через Фонд развития промышленности Курской области. Это гранты на восстановление деятельности и целевые займы для пострадавших предприятий. Пострадавшим сельхозкомпаниям также выделялись средства из резервного фонда правительства на компенсацию ущерба от утраты поголовья скота. В Курской области 22 предприятия получили такую поддержку. Сейчас мы с Минсельхозом и правительством РФ обсуждаем меры поддержки по компенсации в 2026 г. за неубранные площади сельхозугодий, а также отсрочку платежей для пострадавших предприятий АПК по кредитам, субсидии пострадавшим представителям малого и среднего бизнеса. Я сейчас говорю о тех предприятиях, которые уже пострадали, — о компенсации полученного ущерба. Конечно же, когда новый инвестор приходит в Курскую область, и не дай бог происходят какие-то негативные события, никто не бросит его на произвол судьбы. Меры поддержки будут оказываться всем.
— Восстановлена ли обороноспособность фортификационных сооружений Курской области, устранены ли недоделки? В каком они сейчас состоянии?
— Сегодня они фактически находятся в зоне обстрелов — в зоне боевых действий. Доступ к ним гражданских специалистов закрыт — это слишком рискованно. Несмотря на то что на территории Сумской области Украины создается так называемая буферная зона, всё же пока приграничье постоянно обстреливается. Поэтому провести обследование силами гражданского персонала и дать объективную оценку невозможно.
— Оккупация ВСУ Курской области — одна из наиболее трагических страниц Специальной военной операции. Подсчитано ли окончательное количество погибших и пропавших без вести жителей региона? Есть ли оценка экономического ущерба? Ранее назывались разные цифры курскими чиновниками в сотни миллиардов рублей.
— Что касается ущерба, то таких оценок нет. Я, во всяком случае, таких цифр никогда не называл. А то, что где-то звучало, — весьма условно.
Посчитать итоговую сумму ущерба пока невозможно: во-первых, как я уже сказал, нет возможности провести обследование разрушенных объектов в прифронтовой зоне силой гражданских, во-вторых, пока обстрелы продолжаются и ущерб каждый день растет.
— Но примерные прикидки, наверняка, есть?
— Правительство России в прошлом году по поручению президента утвердило программу восстановления трех приграничных регионов (Курской, Белгородской, Брянской областей. — «Эксперт»). Программа разбита на два этапа (1-й этап — 2025-2027 гг., 2-й этап — 2028-2030 гг.), и в первый этап включено определенное количество объектов для восстановления, в том числе и на территории нашего региона. Под это в федбюджете заложены средства — не только непосредственно на восстановление разрушенной инфраструктуры, но и на различные меры поддержки бизнеса. Я бы ориентировался на эти цифры.
— Сколько предусмотрено денег на Курскую область?
— Не могу сказать: документ ДСП. Но задача программы — не просто восстановить и отстроить заново предприятия, но обеспечить возвращение людей, создать рабочие места. А это невозможно сделать без поддержки работодателей.
— По людям есть данные?
— По последним сведениям, от действий ВСУ в Курской области погибли 507 человек. Имею в виду именно мирных жителей. 446 из них находились в реестре лиц, утративших связь с родными.
Это специальный реестр, который мы сформировали в начале 2025 г. для того, чтобы свести воедино информацию из различных источников — базы данных МВД, уполномоченного по правам человека, Красного креста и пр. — и создать понятный механизм обратной связи для родных и близких.
Более 700 человек были госпитализированы с ранениями разной степени тяжести. И пострадавших становится больше, потому что, к сожалению, каждый день враг испытывает нас на прочность.
— До приезда в Курскую область в декабре 2024 г. у вас фактически не было опыта «руководителя-хозяйственника». Как изменились ваши ключевые задачи за это время и привыкли ли вы к новой для себя роли, которая, наверное, ближе к госслужбе с учетом специфики региона?
— Скажу честно: я себя чиновником не чувствую. Просто потому, что с точки зрения менталитета, психологии мне это не свойственно.
— Сказывается журналистский опыт?
— Наверное, и поэтому тоже (смеется), и в силу многолетней работы депутатом Госдумы. Для меня самое важное — это люди. Конечно, поначалу был вынужден вникать в ситуацию, что называется, разбираться прямо «на марше» в незнакомом для себя регионе. За полтора года пришло понимание процессов внутри региона. Кроме того, задачи стали более четкими, чем в тот момент, когда часть территорий была захвачена противником. Развитие мирного региона, несмотря на его прифронтовой статус, — это сейчас и есть одна из приоритетных задач. Потому что чувствуется огромный запрос жителей на мирную, спокойную жизнь.
