Разоружение ХАМАС рискует пойти не по плану: договоренность, о которой Дональд Трамп заявил 30 июля, не снимает ни фундаментальных противоречий, ни технических разногласий между сторонами. В палестинском движении сделку называют «проектом», а израильское руководство относится к ней скептически. Белый дом мог навязать Израилю это соглашение во время недавнего визита Биньямина Нетаньяху в Вашингтон.
Как собираются разоружать ХАМАС
30 июля президент США Дональд Трамп заявил, что на переговорах в Каире достигнута договоренность о полном разоружении радикального палестинского движения ХАМАС в секторе Газа и выводе из него сил Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ).
«По мере завершения разоружения израильские войска будут выводиться, а международные стабилизационные силы вместе с новой палестинской полицией возьмут на себя ответственность за то, чтобы Газа была безопасна для своих жителей и соседей», — написал американский лидер в соцсети Truth Social.
Это должно стать вторым этапом реализации рамочной дорожной карты по установлению мира в секторе Газа, подписанной Израилем и ХАМАС при посредничестве США в Шарм-эль-Шейхе 9 октября 2025 г.
Первым шагом стало формальное прекращение огня в анклаве (которое затем неоднократно нарушалось Израилем), а разногласия о дальнейших шагах, — в каком порядке и каким образом производить разоружение палестинских бойцов с выводом израильских войск, — продолжались до сих пор.
Выполнение договоренности о разоружении ХАМАС начнется в ближайшие 2 недели, сообщили портал Axios и агентство Associated Press со ссылкой на американские источники.
Израиль «очень скептически относится к возможности разоружения ХАМАС», пишет Reuters со ссылкой на американского чиновника. Отмечается, что представитель ХАМАС в беседе с агентством назвал сделку «проектом». В публикации приводится оценка представителя Совета мира, согласно которой разоружение займет от 200 до 320 дней.
В ХАМАС согласился начать процесс учета и складирования тяжелого оружия, объектов военного производства, оружейных складов и тоннелей, сообщил телеканал Al Jazeera со ссылкой на проект одобренного им документа. Было подчеркнуто, что немедленной передачи оружия третьей стороне не предусмотрено, а устанавливается именно механизм его учета, хранения и контроля.
Организация разоружения поручена Национальному комитету по управлению Газой (NCAG, гражданскому правительству, которому в рамках дорожной карты должен перейти контроль над анклавом). Контроль за процессом и подтверждение его выполнения возлагается на международную комиссию.
По информации Al Jazeera, график разоружения будет подготовлен в течение 14 дней (срок может быть продлен по решению международной комиссии), а этапы учета вооружений увязаны с постепенным выводом израильских войск из подконтрольных им районов сектора Газа.
Вслед за этим в официальном телеграм-канале ХАМАС было опубликовано заявление, согласно которому разоружение будет целиком зависеть от полного вывода сил Израиля из Газы и прекращения израильских атак. Также среди условий перечислены начало работы NCAG, развертывание международных сил, «гарантии прав на самоопределение, создание независимого палестинского государства».
Почему соглашение может сорваться
Двухнедельный срок, в который, по сообщениям СМИ, должно начаться разоружение, не выглядит реалистичным, говорит заведующая группой изучения региональных отношений Центра ближневосточных исследований Института мировой экономики и международных отношений им. Е.М. Примакова РАН Людмила Самарская.
Она указывает, что между сторонами по-прежнему сохраняются принципиальные разногласия относительно последовательности реализации шагов плана: ХАМАС связывает разоружение с выходом Израиля из Газы, а Израиль не готов к любым уступкам в этом смысле без демилитаризации сектора.
Соглашение не содержит принципиально новых позиций — в ХАМАС изначально заявляли, что готовы передать оружие под полный контроль палестинского органа в обмен на вывод израильских сил, говорит эксперт Российского совета по международным делам Кирилл Семёнов.
Он обращает внимание, что ХАМАС настаивает на полном освобождении сектора Газа от израильских сил, а не просто возврата к линии октября 2025 г., так что если Израиль не намерен полностью уходить из Газы, эта сделка может оказаться ничтожной. Другой возможный повод для разногласий — с точки зрения ХАМАС, должны быть сданы только тяжелые наступательные вооружения, а стрелковое оружие останется у бойцов.
Главным маркером того, что соглашение Трампа начало работать, Кирилл Семёнов называет реальный допуск в Газу членов NCAG. До сих пор Израиль отказывался пускать их в анклав до полной сдачи оружия бойцами ХАМАС, которое в свою очередь отказывалось передавать арсеналы, пока новое гражданское правительство физически не развернется в Газе.
Слова о том, что соглашение достигнуто и разоружение вот-вот начнется, похожи на декларативные заявления, которые «перекладывают ответственность» за задержки на противоположную сторону, полагает Людмила Самарская. По ее словам, более реалистичным представляется сохранение нынешнего «статус-кво» на неопределенный срок.
Как США добились этой сделки
Дональд Трамп остро нуждается в дипломатических победах для решения внутриполитических задач, констатирует научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН, эксперт клуба «Валдай» Григорий Лукьянов. Так, до промежуточных выборов в США меньше 100 дней, тогда как переговоры с Ираном стагнируют, а в Баб-эль-Мандебском проливе происходит опасная эскалация.
Возвращение к палестинскому досье администрация Трампа может рассматривать как способ склонить на свою сторону сомневающихся, вернуть голоса разочарованных представителей ядерного электората, полагает востоковед.
По его словам, ради радужных заявлений Вашингтон готов пойти на уступки и вынуждает к этому руководство Израиля. Очередное условное согласие на вывод войск из Газы может быть результатом давления, которое Дональд Трамп оказал на Биньямина Нетаньяху во время его визита в Вашингтон на похороны сенатора Линдси Грэма (внесен в российский перечень террористов и экстремистов).
«За время, прошедшее с момента подписания мирного соглашения по Газе в октябре 2025 г., не были созданы механизмы, устраняющие противоречия между сторонами. Вдобавок никуда не деваются самые базовые риски: радикалы с обеих сторон в принципе не хотят отказываться от силового преимущества. Да и общая напряженность по линии США — Иран — Израиль и кризис в Красноморском бассейне делают ситуацию уязвимой и могут в любой момент сорвать процесс», — заключает Григорий Лукьянов.
